Трэці шлях

12-14 кастрычніка ў Таронта (Канада) адбыўся Міжнародны Фестываль рукадзелля CreativFestival. Ладзіцца фестываль два разы на год, а сёлета ўвосень адзначыў сваё дваццаціпяцігоддзе. Зрэшты, нашы выданні пра фестываль не пішуць, як не пішуць пра “Формулу рукоделия у Маскве ды Кіеве, эстонскі Карункавы фэст альбо “Handarbeit&Hobby” у Кёльне, пра выставы і фестывалі ў Парыжы, Мадрыдзе, Лос-Анжэлесе...  Рукадзельная Беларусь сілкуецца інтэрнэт-навінамі. Адтуль і стала вядома, што  ў Таронта з нагоды юбілейнага святкаваньня ладзілася выстава майстроў-дызайнераў вышыванкі Needlework Designer Line, у якой бралі ўдзел сябры Гільдыі канадыйскіх дызайнераў вышыванкі (Needlework Designers of Canada). Сярод іх –  буцік "Spiritof Belarus".

Ягоная гаспадыня і стваральніца – Ірына Варабей, празаік, перакладчыца, майстрыха-дызайнер, фатограф, аўтарка адметных мадэляў на падставе беларускіх традыцыйных матываў ды вобразаў...  якія  муляюць сучасным беларускім рукадзельніцам сваёю відавочнаю недасяжнасцю.  Бо кніжак, часопісаў, сайтаў  не адно з маляўнічымі фота, але з дакладнымі схемамі, выкрайкамі, узорамі і прыкладамі для кожнага, хто хоча і вымагае, нямашака (натуральна, гаворка не пра энцыклапедыі, доследы ды адмысловыя ўтварэнні прафесійнікаў кшталту “Скарбніцы”).  Зрэдчас можна трапіць на добрага майстра, які вучыць не толькі аздабляць ды кроіць нацыянальныя строі, але тлумачыць сутнасць аздобаў-арнаментаў, іхняе значэнне, ўжыванне, каштоўнасць...  І, найгалоўнае, патрэбу ў іх. Перадусім патрэбай Ірына Варабей шчодра дзеліцца з намі .  Жана Лашкевіч 

Трэці шлях

“ ...Калі хочаш нечага папрасіць у Бога – маеш розныя шляхі да Яго. Па-першае, можаш схадзіць у царкву ды памаліцца. Па-другое, можаш запаліць грамнічную свечку; і пакуль агонь гарыць – маеш час для звароту да Яго... Але ёсьць яшчэ адзін шлях. Наш пракаветны, з даўняе даўніны. Складзі свой ліст да Яго. Не, ня літарамі і не алоўкам. Вазьмі голку з ніткай –  і вышый. А замест словаў –  узоры. Усё пра ўсё у тых узорах ёсьць... “

Гэтак некалі прыгаворвала мая бабуля, калі навучала мяне складаць з вышываных крыжыкаў ды ромбікаў узоры, а з узораў –  свае лісты да Бога і гэткім магічным чынам наладжваць сваю повязь з духовым сусьветам.

 А можа, і не мая бабка... А можа, і ня мне... Можа, маёй бабцы ейная бабка, калі тая яшчэ была маленькай... А можа, іншая бабка ды ў іншае стагоддзе... Можа, гэткім чынам мільёны нашых бабак з веку ў век перадавалі наступным пакаленням сваю няхітрую мудрасць.

"У добрым тэатры ўжо ўсё прыдумана"

На 16:00 21 лютага 2012 года ў Дзяржаўным музеі гісторыі тэатральнай імузычнай культуры (Мінск, Верхні горад, Музычны завулак, 5) прызначана адкрыццёвыставы Ларысы Рулёвай, галоўнага мастака Беларускага рэспубліканскага тэатраюнага гледача.

Экспазіцыю складуцьмакеты, бутафорыя, эскізы афармлення сцэны і эскізы касцюмаў, а таксамакасцюмы, якія адпрацавалі ў шмат якіх спектаклях тэатра.

Выстава, яктворчая справаздача мастака больш чым за трыццаць гадоў тэатральнае службы,прымеркавана да юбілею Ларысы Ільінічны.

«Страна чудес» Оксаны Аракчеевой

С 19 ноября до 10 декабря в рамках проекта «Друзья Посольства Чешской Республики» столичная галерея «Университет культуры» и Посольство Чехии в Республике Беларусь представляют «Страну чудес» художника Оксаны Аракчеевой

… Из пункта А в пункт Б выходит паровозик, Красная Шапочка отправляется к бабушке, ветерок намеревается стать ураганом, а театр приглашает на премьеру… Наверняка о паровозике упоминает учебник. О Красной Шапочке и ветерке – сборник сказок и анимационный фильм. Намерения театра выражает афиша. Но в любом случае для убедительности требуется художник. И со временем у каждого художника, который работает для детей, собираются наброски, рисунки, тематические иллюстрации и весёлые картинки… Художник Оксана Аракчеева собрала целую страну рисованных чудес.

Иллюстрации к детским книгам «Пачатковае школы», «Вышэйшае школы», «Мастацкай літаратуры” и “Азбукварика”. Рисунки для журнала «Рюкзачок». Афиши Театра юного зрителя. Работы художника-постановщика анимационного фильма… Их объединил выставочный зал, да так, что от работы к работе стал вырисовываться свой ландшафт и прослеживаться свой сюжет!



Тонкий юмор Аракчеевой нравится детям. Но ничуть не меньше нравится и взрослым. И даже очень взрослым людям. Нравится, так сказать, плотность рисованного населения. Подробности его жизни. Особенности его занятий. Нравятся придуманные пейзажи, в том числе и городские, какие-нибудь заповедные угодья, сказочные закоулки, и – особенно! – реальные объекты, попавшие в поле притяжения Оксаниной фантазии.



На этой картинке изображён… фасад Театра юного зрителя с персонажами из спектаклей. Персонажи, кстати, абсолютно узнаваемы для того, кто бывал на спектаклях, – так же, как бывала на них Оксана, превратившая ТЮЗ в Театр страны чудес…

Жанна Лашкевич

Мінск Барыса Аракчэева

Шэрагам выстаў адзначае 85-годдзе заслужанага дзеяча мастацтваў Барыса Уладзіміравіча Аракчэева дачка і куратар творчых праектаў дынастыі Аксана Аракчэева

10 лістапада распачалася чарговая юбілейная выстава майстра у Музеі гісторыі Мінска. “Мінск Барыса Аракчэева” - летапіс горада, які стаўся другой - творчай радзімай для юнака з маленькай расійскай вёсачкі Турбанава Яраслаўскай вобласці. Гэта асобная старонка ў творчасці Барыса Уладзіміравіча.



Пачынаючы з маленькіх эцюдаў, маляваных пад час службы ў арміі, мастак з цягам часу стварае шэраг вялікіх па памеры карцін. Іх рэтраспектыўны паказ і прадстаўлены музейным гледачам. Некаторыя творы экспануюцца ўпершыню.



На адкрыцці выставы Барыс Аракчэеў зрабіў музею каштоўны падарунак – чатыры вялікіх па памеры і каштоўных па майстэрскім выкананні палатна.



Гэта падзяка мастака гораду, які спраўдзіў ягоны лёс.

Без света, пространства, образа (окончание)

На встречах со зрителями (разных возрастов) приходилось возвращаться к фактам, казалось бы, общеизвестным; обращать внимание на события, мимо которых, казалось бы, не проходит даже школьная программа...



Но! Когда-то о них люди узнавали в спешке, мельком, между прочим. Нет знаний - нет уверенности. Нет уверенности - и уважаемые зрители стесняются, жмутся, хихикают по любому поводу. Нужно время и,так сказать, уточнение знаний, чтобы человек освоился... с искусством.



О феномене первого просмотра или прослушивания, которые едва знакомят с художественным произведением, знают не только психологи, но и педагоги; знают они и о том, как можно несколько раз читать один и тот же текст, смотреть один и тот же спектакль, открывая новое,новейшее,другое, иное...



Казалось бы, с "Волшебным миром закулисья" всё было просто: чуть-чуть мировой истории, немного из исследований бытования и трактования сказок, интересные факты из жизни драматургов, кое-что из истории костюма и маски - и так далее.



Так вот! Третьего января я открыла рот в десять часов утра и закрыла... в где-то в 16:30. За каникулярную неделю пришлось лечить горло.





За январь месяц по самым скромным подсчётам организованно пришли дети из двадцати пяти минских школ, неорганизованно - дети в родителями, с дворовыми и школьными компаниями (!), соседские дети постарше и дети помладше, театральные кружки и даже один кружок краеведения.





Да, ещё курсанты военного училища, с которыми проговорили час и сорок минут. Воистину, театр - универсальное средство для общения и взаимопонимания!



Между тем посещение нашей выставки не входило в обязательные планы управления образования. Значит, просто... интересно? К этой мысли я сама ещё привыкаю.



Как и к тому, что театр может быть интересен не только жизнью сценической - со светом, пространством, образом спектакля, - но и каждой стороной своей жизни. Сцена, правда, должна стоять на первом месте...

Жанна Лашкевич

Без света, пространства, образа (продолжение)

... Об истории театра говорили и сегодня. И вчера. И о театральных чудесах. И о сказках.



Среди заинтересованных зрителей оказались педагоги,художники, мастера всяческих видов декоративно-прикладного искусства. Вероника Фомина представляет Мастерскую авторской куклы. Вероника отметила качество бутафории и огорошила вопросом: а не будут ли театральные мастера-бутафоры и скульпторы проводить на выставке мастер-класс? А не откроют ли декораторы свои секреты?








Вопрос о шитье театральных костюмов высшего качества мне задавали неделю назад: а нельзя ли у ваших мастеров поучиться?



Наверное, можно. Будем думать, как...

Жанна Лашкевич


Продолжение следует

Без света, пространства, образа (продолжение)

В театре – добрая воля маленького зрителя. Если пришёл с мамой или папой. А если с классом? И если учительница, ответственная за культпоход, прямо в третьем ряду вяжет носок? Но если уж ты, ребёнок, пришёл с ней в театр, так не затем, чтобы в носу ковыряться… Лучше – посмотреть на сцену и… принять правила игры. Потому что если не принять, то может быть непонятно или скучно. И уходить можно сразу.



…На экскурсии по выставке спрашиваю, о чём будем говорить (предлагаю выбор). Об истории театра, о театральных чудесах или о том, как попадает на сцену любимая сказка? Если выбирают дети, почти всегда стопроцентный ответ: «Обо всём!» Пап всегда интересуют театральные чудеса. Бабушки (часто) сходу предлагают говорить о сказках. Никто не спрашивает об истории конкретного тюза – Белорусского республиканского. Зато, бывает, спектакли по фотографиям опознают! И помнят, как звали персонажей!



…Двигаемся от «древних греков». Спасибо артисту театра Игорю Сидорчику – в своё время он выкупил и сохранил реквизит, костюмы и кукол - Креонта и Антигону. (Дважды вместо детей приходили маленькие гоблины; пять педагогов удерживали и стыдили каждого особо рукастого, но даже на них куклы произвели впечатление!) Возле кукол представляем, как собирались в театр древнегреческие зрители (усреднённо, конечно), а потом ставим себя на место актёров. Представляем огромные маски, котурны, одеяния, выясняем, что играли. О Феспиде, Софокле, Еврипиде и всяких интересностях вроде эоремы, экиклемы и бога из машины рассказываю как можно проще, но нашёлся ученик третьего класса, заинтересовался древней машинерией – спросил о принципе действия (!), предположив что-то о блоках и верёвках! А средневековое театральное «жерло драгон» для чертей и грешников поразило третьеклассника в самое сердце: спросил, не осталось ли расчётов и чертежей! Взяла с него честное слово, что опыты с котурнами, богами из машины и жерлом ставить не будет. (По поводу котурнов нелишне такое слово брать у всех экскурсантов: ещё в девяностых годах попался мне как-то любознательный человек семи лет, попробовал. Ногу то ли вывихнул, то ли чуть не вывихнул. О пробе рассказала бабушка.)

После первого визита гоблинов так обрадовалась заинтересованным лицам, так увлеклась, что две с половиной тысячи лет существования актёрской профессии как-то незаметно превратила в двадцать пять тысяч лет(!!), а дети попались серьёзные, слушали и уйму вопросов задали, но в двадцати пяти тысячах лет даже не усомнились! К тому времени, как ошибка обнаружилась, группа ушла. Бежать вслед? Коллега, наш театральный менеджер-рекламист, по образованию историк. Посоветовала расслабиться, рассказала свои «школьные случаи», посмеялась над «историческим моментом»…



Людей десятилетнего возраста очень сильно впечатляет разница между свободными греками и рабским положением актёра в древнем Риме. «Что, их и побить могли?» - не раз переспрашивали дети. При этом о страшных римских цирках они знают в подробностях (спасибо Голливуду), а для многих и сегодняшний театр – что-то скучноватое и обязательное. Почти как для римлян в древности. Если на римлянах настроение хорошее, если римских актёров жалеют, быстренько рассказываю о драматургии Теренция и Плавта и о том, что со временем актёрское положение всё-таки изменилось даже в ту эпоху, – рассказываю совсем немного. Не затем, чтобы имена запомнились, а ради справедливости к человеческому гению тех времён.

Конечно, ознакомительный рассказ об истории театра – поверхностный, но моя задача – детей заинтересовать. А потом честно признаться, что всё это я про-чи-та-ла: в книгах и в Интернете. Читайте и вы, если интересно! (В этом месте учителя и родители часто поглядывают с признательностью!)

Жанна Лашкевич

Продолжение следует

Без света, пространства, образа (продолжение)

29 декабря... как теперь пишут? "Мы открылись".!



Правда, зал не самый большой - закулисье соответствующее. Волшебное? А как же! Волшебства требует сказка, чудесная история, приключение, феерия, легенда, предание и даже комедия по национальному фольклору. Правда, театральное волшебство... простое. Чаще всего для него хватает хорошего знания физики, химии, математики. Но вот чтобы в него поверили, нужно ещё кое-что...

Жанна Лашкевич

(продолжение следует после встречи Нового года)

Снимки открытия сделал Алесь Суходолов

Без света, пространства, образа

Сценография немыслима без света, пространства, образа спектакля. Из подручных средств, доступных каждому народному умельцу в магазине «Сделай сам», в театре собираются замки, фонтаны и космические корабли. В крайнем случае, над какой-нибудь замысловатой трёхэтажной конструкцией неделями работает завод, а на сцене прокладывают рельсы или оснащают бассейн. Лучшие сценографы, как создатели сценических миров, привычно совмещают таланты живописца, конструктора, модельера, скульптора и мастера на все руки.

... Но спектакли отживают свой век. Замки, фонтаны и космические корабли … ну, в худшем случае оказываются на свалке. Вместе с бутафорией. С костюмами проще – что-то можно перешить, что-то – подарить школьной самодеятельности. На память театральным художникам остаются эскизы и фотографии (так что даже сорок лет творческой деятельности могут свободно уложиться в папки и альбомы). Почему? Потому что сами по себе вещи для спектакля не всегда представляют большую материальную ценность. А ценность художественная … немыслима без света, пространства, образа. В крайнем случае, без сопроводительного текста. Но рассказы о спектаклях, которые нельзя посмотреть, интересны только театроведам…

…А если рассказать не о старых спектаклях, а о театре? Об истории мирового театра – на материале старых спектаклей?

Без света, пространства, образа?!

А воображение? Немного воображения и наше заслуженное старьё становится бесценным!

Допустим, Древнюю Грецию представят маски и чаши из «Антигоны». Средние века – фахверховые домики и стилизованные костюмы «Голого короля» (Шварц и Андерсен). Комедию дель арте – всё, что осталось от «Счастливых нищих» Гоцци. Японский театр – кимоно, мостики и задники из «Журавлиных перьев» Киноситы. Речь-то пойдёт об актёрах и о том, что и как они представляли на протяжении веков. А если театр, которому трудно расстаться со всеми этими богатствами – театр юного зрителя? Неужели такой рассказ не заинтересует детей?

Вот и проверим. 29 декабря 2010 года в галерее «Вильнюс» минской библиотеки №18 откроется выставка «Волшебный мир закулисья» Белорусского республиканского театра юного зрителя. Эскизы, макеты, бутафория, писаные задники, костюмы… а вместе с ними – театральные приёмы и условности, образы и характеры, эпохи и миры…

Основным художником «Волшебного мира закулисья» станет Лариса Ильинична Рулёва.

продолжение следует

Первый ёлочный проект

Бисер заинтересовал Ольгу Третьякову двадцать лет назад. Как раз тогда, когда в магазинах родной страны не было ни бисера, ни доступных указаний о том, как с ним поступать наверняка: вязать, низать, плести… То есть превращать в нужные красивые вещи.



Первые опыты Ольга ставила с украшениями (до сих пор, например, плетёт кулоны, браслеты, броши). В начале двухтысячных заинтересовалась сувенирной игрушкой на основе многогранников. Увлеклась. Научилась виртуозно плести в чужой авторской технике, добавляя собственные элементы. Появились и оригинальные разработки.



Первым большим проектом Ольги Третьяковой можно назвать комплекты ёлочных украшений (выставлены в минской галерее «Славутыя майстры» по Коммунальной набережной, 4): бисерных зверушек Ольга плела почти полгода.



Жанна Лашкевич

Сэрца дзяцінства (заканчэнне)

...Пра дом, ягоную цеплыню і ўтульнасць, пра сямейныя традыцыі, пры якіх цацачны мядзьведзь – асоба не апошняя, за леташнім снегам (узімку) давёў нават Музей Вялікай Айчыннай вайны выставаю "Былі ў мяне мядзьведзі". Назоў – ад Уладзіміра Караткевіча, ягоная кніжка ў зале была разгорнутая якраз на гэтым апавяданні. А вакол – цацачныя мядзьвежыя пысы, нават шкляныя і вышываныя; навюткія і завельмі старыя. Лік мядзьвежага пагалоўя перавысіў семьсот адзінак захоўвання, усіх прынеслі мінчукі па аб’яве: выставіць сваіх мядзьведзяў запрашалі усіх жадаючых. Разам з іхнімі гісторыямі. Адна з такіх мядзьвежых гісторый належала прыгажуну-англічаніну і пачалася аж у 1913 годзе… Гэты самы мядзьведзька сустракае і наведнікаў “Плюшавага сэрца”.
За стагоддзе-другое мядзьведзі пасябравалі з лялькамі. Апявае іхняе сяброўства мастачка Ганна Каралёва. “Плюшаваму сэрцу” папярэднічалі выставы “З жыцця прынцэс” і “Шакаладны набор”. Галоўнай дзейнаю асобай кожнай работы была маленькая гаспадыня ўтульнага пакойчыку, дзе гасцявалі цацкі. У тым ліку лялькі й мядзьведзі. На сёлетняй восеньскай выставе матывы з карцін… сышлі: невялікія фрагменты з лялькамі і мядзьведзямі трапілі на фігурныя маляваныя дошкі. Утварылася ілюзія карціны, якая разбіраецца на часткі (пазлы, кавалкі мазаікі, арт-аб’екты). Такімі неспадзяванымі цацкамі можна добра гуляць з бацькамі…
P.S. З публічным захапленнем сваімі персонамі лялькі даўно асвойталіся. Адна перад адной яны могуць казырыцца сваёй вытанчанасцю: ствараліся для дарагіх калекцый. Іншыя ззяюць наіўным абаяннем і дзіцячаю разасцю першага адкрыцця. Трэція трапілі пад штучнае святло з ценю старога абразу альбо рытуалу. Чацвёртыя падобныя на лялек тэатральных, напрыклад, на марыянетак. Пятыя... Шостыя... Сёмыя...
Улетку 2008 года Музей сучаснага мастацтва выставіў праект «Лялькі», - але ні звыклых традыцыйных, ні калекцыйных аўтарскіх лялек там не было. Абрысы з дроту, аб’ёмы з пластыку і нітак рознага гатунку, выявы, груба маляваныя на зрэбных тканінах, выкладзеныя з кавалкаў і кавалачкаў на паперы, тканіне, скуры, з пукатасцямі і выбоінамі...
Шмат у якіх музеях свету захоўваюцца фігуркі з гліны, рогу, костак, каменя, дрэва. Гэта – ідалы, істуканы, куміры, бажкі, рытуальныя ёлупы і... цацкі. Дзіўныя стварэнні з праекту “Лялькі” сваім паходжаннем абавязаныя менавіта ім. А вось прызначэннем... З імі няможна нават гуляць, а ўжо маліцца... Гэта не помнікі, не памяткі, не пазначкі. Гэта цяпер - арт-аб’екты. У кароткай размове з куратарам выставы, мастацтвазнаўцам Ларысай Міхневіч мы пагадзіліся, што іх галоўнае прызначэнне, бадай што, абуджаць асацыяцыі, праз іх – успаміны і так далей. Паняцце “лялечнага” у мастацтве мінулага (дый пазамінулага) стагоддзя драматычнае. Цацка, яна самая – лялька, нібыта ўскладае на сябе нязвыклы цяжар сэнсаў, разуменняў і задач. Рускія футурысты некаторыя свае творы называлі «цацкамі для марсіянскіх дзяцей». У дваццатыя гады мінулага стагоддзя ляльку абвясцілі сурагатам чалавечага. Да сёння не зводзяцца музеі васковых пастаў і гэткія самыя паставы вяртаюцца ў гістарычныя музеі; існаванне крамных манекенаў і нават афармленне крамных вітрынаў ужо вымагае не толькі густу і досведу мастака, але і мастацкай канцэпцыі... Выявілася праблема і зусім дзіўная – самаідэнтыфікацыя, але не чалавека праз ляльку, а... лялькі праз чалавека! Самыя буйныя і адметныя мастакі апошняга стагоддзя зазналі яе, лепшыя сучасныя тэатры з ёю сутыкнуліся.



Асэнсавана альбо падсвядома, нашы мастакі, лялечнікі і крэатыўныя бабулі вырашаюць першасную задачу: праз цацку, праз ляльку дапамагаюць чалавеку зазірнуць у самога сябе. У самае сэрца.

Жана Лашкевіч

Фотаздымкі выкарыстаны з дазволу аўтара

Сэрца дзяцінства (працяг)

Штораз лялечнікі рыхтуюць гледачам неспадзёўку – сапраўдную выставу на выставе, так званую «Персону». Гэты раз галоўнай персонай выставы зрабілася Таццяна Хаберская, чые тэкстыльныя жывёлы ад пачатку свайго існавання сяліліся толькі ў прыватных калекцыях, а на свет з’яўляліся толькі па начах – у вольную часіну ад асноўнае працы сваёй стваральніцы. Таццяна Хаберская – выключны звярыны адмыслоўца. Шыць свае шэдэўры пачала якраз тады, калі... не было з чаго: у нашы славутыя дзевяностыя гады. Ні тканіны прыдатнай, ні фурнітуры (вочак, кіцюрыкаў і г.д.), ні файбертэкаў-сінтэпонаў... Не было як і каго, і Хаберская нікога на паўтарала. Тэхнікі выканання і вобразы распрацоўвала сама: яркія, нязвыклыя, з вялікай колькасцю дэталяў.

...Стомленая бабуля-авечка гушкаецца ў фатэльчыку з кніжкаю. Кабылка раскінула капыты – таксама адпачывае. У кабылкі заўважныя, характэрныя заечыя зубкі, што надае вобразу ўсмешлівай характарнасці. Шэры каток у чатырох валёначках , у аблавушку і... з мяккай ручкай на спіне: яго можна трымаць, як кайстру. А ў маленькай белай пацучыхі – дзень народзінаў. Прыйшоў вожык, прыйшоў зайчык. Падарунак прынеслі – рыбку. Шмат дэталяў – розныя крэселкі, заплечнікі, спаднічкі й штонікі... І – прастора для ўяўлення. Калі звыклыя (асабліва старыя) цацкі натуральна ствараюць гісторыю, дык аўтарскія лялькі гісторыю... распавядаюць. Сваю, натуральна. Звераняты Хаберскай – пра дом, утульнасць, асаблівы клопат, руплівасць. Няшмат каму з людзей пашчасціла іх зведаць і зразумець, што гэта такое.



Рухавік мастацкага прагрэсу – мядзведзі. Вядома, для калекцыі. Натуральна, для гульні. Зразумела, пэўнай мяжы паміж імі нямашака. Іх пачалі шыць амаль адначасова і ў Старым, і ў Новым свеце; ёсць некалькі версій паходжання цацкі, але “ласы плюс” іхняму распаўсюджанню дадалі абставіны: з мядзьведзем ахвотна гулялі не толькі дзяўчаткі, але і хлопчыкі. Старасвецкіх мядзьведзяў рабілі з валізамі так званага пасагу – ад капелюшоў і парасонаў да бінокляў і матросак. А вось пра так званага сучаснага аўтарскага мядзьведзя абвясцілі амерыканцы пры канцы сямідзясятых.

Сёлета ў Майстэрні атарскай лялькі першыя навучэнкі адбылі курс “Аўтарскія лялькі і мядзведзі Тэдзі”. Аўтарскі фантазійны мядзьведзь перадусім шыецца па індывідуальнай выкрайцы, з даражэных матэрыялаў (антыкварных, знарок састараных альбо, наадварот, з самых сучасных калекцый), з адметнай фурнітурай. Чым больш дэталяў, тым цікавейшы вобраз. Для мядзьведзя акрамя вочак, лапаў ды пысы важна мець пяць злучэнняў, каб чатыры лапы і галава рухаліся для пошукаў настрою і ўдакладнення вобразу. Тэрэза Трухановіч прапануе мядзьведзяў-рэплікантаў – гэта значыць пашытых рыхт у рыхт паводле старасвецкіх узораў (яе паважны самотны Арыстарх выраблены паводле ўзору 1928 года, нават пілавінне ўсярэдзіне). Рэплікі (паўторы) бываюць поўныя ці частковыя – у тым выпадку, калі патрэбных матэрыялаў не дастаць. “Хайтэкаўскі” мядзьведзь Ірыны Ражко вылучаецца хіба расфарбоўкаю, але паходжаннем – свойскі, для дарослых дзяцей. За нядаўнім часам Валянціна Мезенцава распрацоўвала мядзьведзяў на цацачнай фабрыцы, а цяпер шые сваіх, аўтарскіх. Яна сведчыць, што найважная для мядзьведзя не выкрайка і матэрыял, а вобраз. Самыя паважаныя еўрапейскія і амерыканскія фабрыкі абавязкова выпускаюць невялікія наклады калекцыйных мядзьведзяў. Для гаспадара такі – сімвал дзяцінства. А без дзяцінства не абыходзіцца ніводзін чалавек.

Жана Лашкевіч

Заканчэнне будзе

Сэрца дзяцінства

Да 5 снежня Цэнтр народнай творчасці ў Бібліятэцы імя А.С.Пушкіна прымаў выставу “Плюшавае сэрца” – аўтарскіх цацачных звяроў. Свойскіх, дзікіх, фантазійных; шытых, вязаных, валяных; адмысловых, калекцыйных... Чыста паэзію, а не цацкі.

Колькі гадоў запар беларускія лялечныя майстры збіраліся і выстаўляліся ў “Балаганчыку” – на рэспубліканскай выставе аўтарскае лялькі. Лялькам спадарожнічалі лялечныя дамкі, мэбля, адзежа, маскі, жывапісныя і графічныя работы. У 2006 годзе ўсім “Балаганчыкам” паміналі выбітнага лялечнага майстра Ганну Свешнікаву. Ганна марыла пра школу, дзе будуць навучаць адмысловым лялечным навукам. У лістападзе 2006 года такая школа адчынілася ў Мінску – Майстэрня аўтарскай лялькі. Майстры кажуць, што вучыцца там патрапіць кожны… але толькі той, хто моцна й замоцна хоча: выкладаецца мастацтва лепкі, ляленай прычоскі, абутку, аблічча. Вытанчаная лялечная грамада павялічваецца па каліву – рознага гатунку, роду і прызначэння. Ад розных мастакоў. А таксама ад тых, хто мастаком сябе не называе, але не спыняецца выдумляць, шыць, вязаць, валяць…

Майстэрняй аўтарскай лялькі кіруе Ірына Ражко, адмыслоўца з неаглядным стажам і досведам.



Яна пэўна ведае, што ў кожнай сучаснай пенсіянерцы хаваецца маленькае дзяўчо, якое яшчэ не сустрэлася з самай патрэбнай і жаданай лялькай свайго жыцця. За выключэннем тых пенсіянерак, якія патрапілі прайсці курсы пры майстэрні і цяпер умеюць стварыць ажно дзьве (!) непаўторныя лялькі за навучальны год. Для сябе і для ўнучкі. Самыя ўдалыя творы навучэнак паказвалі на сезонных “Дэбютах” і ўвосень ў тым самым “Балаганчыку”.

У 2009 годзе майстры вырашылі “змяніць фармат” і рэспубліканская выстава зрабілася міжнароднай: ў “Балаганчыка” з’явілася “Ядвабнае сэрца” (так называлася леташняя выстава). Ядвабным сэрцам, калі памятаеце, разжыўся адзін металічны казачны персанаж. Яму дужа хацелася пачувацца жывым. Лялечных персанажаў леташняе выставы на прадмет сэрца не правяралі: у іх і так было ўсё, што мусяць мець лялькі, і нават больш. Яны няблага выяўлялі сум, самоту, радасць, замілаванне, здзіўленне і нават схільнасці да звады. Кожная – у вобразе, кожная – з характарам, а то і з норавам!



...Майстры часам цытуюць наша фальклорнае, незабыўнае “анёлам ляцеў ды чортам сеў”, калі маўклівыя цацачныя істоты ўпарта не хочуць адзявацца-абувацца, прычэсвацца, трымаць паставу. Здараецца і так, што пасля ўсіх клопатаў ды высілкаў з рысаў лялечнай прыгажуні-чараўніцы раптам прарэзваецца варажбітка, а які-небудзь сур’ёзны хохлік пачынае глядзець вачыма зачараванага прынца. Відаць, утаймаване лялечнага нораву і дае чалавеку права называцца майстрам.
Сёлетнія персанажы пакінулі раскошны ядваб лялькам. Яны – звяры. Таму збольшага абыходзяцца плюшам, праўда, гэты плюш бывае і ад Кардэна. Звяры прызначаны для шафаў, канапаў, камодаў і падставаў пад люстэркі. Менавіта ў гэтых месцах збіраюцца так званыя калекцыі. Не для гульні – і для гульні таксама. Не для дзяцей – але дзіцячыя ручкі пацягнуцца да іх адразу.





...І тым не менш, выраб аўтарскіх лялек у Беларусі да сёння за мастацтва не лічыцца. Майстэрня аўтарскай лялькі – ініцыятыва выключна прыватная. Штораз перапахваць і аднаўляць мяжу, якая аддзяляе стварэнні прафесійных мастакоў (лялечнікаў?) і захопленых аматараў, можна. Тэарэтычна. Але практычны назоў гэтае мяжы – аўтарства. Таму яна і не мяжой выглядае, а, хутчэй, вузенькім такім... кірмашовым пляцам, дзе кожны знойдзе сваё – па гусце і па кішэньцы. Пры гэтым можна пачуць сумленны каментар, што беларускім аўтарскім лялькам пакуль не зраўняцца з расійскімі паводле, перапрашаю, пагалоўя ды размаітасці тэхнік выканання, але... Ну, як ставілася Вільня, усе памятаюць: не адразу.

Жана Лашкевіч

Працяг будзе

Дети трёх столетий

«Мир детства. Русская живопись XIX – начала XX века» – одна из самых популярных выставок Национального художественного музея. После показа в Минске и Гомеле выставка открылась в Могилёве. С 20 марта по 20 мая «Мир детства…» расположился в музее В.К. Бялыницкого-Бирули (ул. Ленинская, 37).

Произведения живописи, графики и скульптуры представляют детей разных времён и эпох, сословий и социальных слоёв. Детей как маленьких взрослых, - «Девочек», одетых и причёсанных по последней моде 1772 года и «…великого князя Павла Петровича», будущего императора. Эти портретные работы, изображающие детей, – самые ранние (старые) в коллекции музея. В XIX веке литература, а за ней искусство возвели семью в культ. Детские портреты, портреты матерей с детьми, групповые портреты идиллических семейств есть и в нашем национальном музее, в том числе и работы русских классиков – Тропинина, Венецианова, Бруни. Верен себе Перов, изображая детей в самых сложных и тяжёлых жизненных ситуациях, – как в небольшом полотне «Очередная у бассейна»: зимним днём кое-как одетый, замёрзший ребёнок ждёт своей очереди зачерпнуть воды из городского фонтана. Дети-работники, дети-философы – на полотнах Маковского, Лемоха, Максимова, Венецианова, Ярошенко: «Будущий слесарь», «Мальчик-механик». Мальчики с портретов прямо смотрят в будущее: Ваня Менделеев, сын знаменитого учёного, унаследует отцовскую обстоятельность и деловитость. Миша Венецианов, сын известного художника, станет священником. На полотне Маковского запечатлён маленький семейный деспот – миленькое капризное существо, которому, включая отца семейства, подчинены все взрослые (кто-то обречённо, а кто-то раздражаясь и тихо негодуя). Непривычный, неклассический, салонный Малявин представлен картиной «Мальчик на медвежьей шкуре», однако за спиной изнеженного, благополучного юного персонажа художник изобразил книгу. Фантастическое детство проживается на полотне Бродского: колыбель (коляска?) с ребёнком размещена на фоне сказочных птиц и такой же растительности - кажется, народившаяся жизнь способна изменить и облагородить всё, что существует вокруг неё. Даже на полотнах кажется надуманным детство давнего советского образца: то пионеры приветствуют собрание взрослых, то – дают торжественное обещание. А у мальчишек с отменной пастели Кацмана – просто «Умелые руки», они и создатели, и созидатели, и дают некоторое представление о том светлом будущем, которое для нас уже осталось в прошлом.

«Мир детства» – та выставка, на которую детям важно привести родителей. Когда ещё семьям трёх столетий можно будет встретиться глаза в глаза?

P.S. Дабы поддержать интерес знатоков и заинтересовать тех зрителей, которым недосуг дойти до музея, издан компакт-диск с двадцатиминутным фильмом о выставке и некоторых её экспонатах. Концепция и текст принадлежат Алексею Хоряку, научному сотруднику отдела русского искусства.

Беларусь старой фотопечати

«Беларусь заповедная» до 4 апреля переместилась в Национальный исторический музей Республики Беларусь (улица К.Маркса,12). Семьюдесятью фотографиями её представляет Вячеслав Алешка, – настоящий «параллельный мир» тех белорусских мест, которые не успел или не смог изменить человек. Для того, чтобы снять природу «как есть», мало желания и сноровки. Достаточно капли, упавшей с сапога, чтобы птица улетела, зверь удалился, а дерево затаилось. Вячеслав Иосифович рассказывает, как терпеливо нужно пребывать в засидке, – то есть ждать в палатке того момента, когда «…сама природа начинает ходить вокруг тебя». Снимая фотоповесть о дикой природе Беларуси, Вячеслав Алешка выявил закалку эколога, такт художника и редчайший талант любви ко всему живому и живущему рядом с человеком и даже благодаря человеку, но чаще – выжившему вопреки ему.

Огромная коллекция автора разместилась на чердаке собственного дома под Минском. Многое он снимал на плёнку, теперь предпочитает снимать цифровым аппаратом. Фотоработы, которые выставил Вячеслав Алешка в музее, сделаны за последние пятнадцать лет. Они выполнены в технике цифровой печати на полотне. И эта передовая, замечательная печать… портит дело. Краски сгущаются и уплотняются, становясь неоправданно ярче, из работ вытесняется воздух, сюжеты, увеличенные до размеров живописных полотен, поневоле обрастают приметами китча – материал не выдерживает. Беларусь старой фотопечати куда заповеднее.

Весна «…последнего острова»

«Сердцебиение: последний остров» в сети можно найти по запросу «последнее сердцебиение» и даже «остров: сердцебиение». Выставку графики к этой компьютерной игре в галерее «Вильнюс» решили назвать «Остров надежды». В свете утверждённого светлого будущего это правильное название. Но в свете свободы игрового выбора света хватает не всегда. «Свет», «оптимизм» выбирать не обязательно. В этом случае, какой такой надежде быть на последнем острове?



…Переживать открытие выставки, подготовленной не кем-то, умелым или опытным, а самим собой, трудно. Рамы со стёклами весят много, а в исполнении известного завода из Рязани – ещё слоятся и трескаются, но забивание гвоздей выдерживают. Аннотации к работам появляются в последнюю минуту. Все художники живут в разных концах города. Кто-нибудь обязательно чем-то недоволен…



Наши трудности опытные галерейщики посчитали «типовыми», а команду «Острова» журналисты между собой окрестили «островитянами». Самым эффектным островитянином на открытии предстал Алексей Кречет: часа полтора озвучивал просмотр анонимными сочинениями для гитары, пока между прочим не выяснилось – это музыка, написанная им для игры и его же музыка, написанная по другим поводам, но использованная в игре. А он, Алексей Кречет – главный композитор «Сердцебиения…».




Виктор Танюкевич, Сергей Баленок и Валерий Козлов, авторы графики «Сердцебиения…», никогда не выставлялись вместе. Их творческие подходы и авторские манеры оригинальны и друг на друга не похожи. Как эти подходы и манеры повлияют на единый изобразительный стиль игры? Какой станет её финальная версия? Кто и в каком качестве её закончит? И – когда?

В ипостасях сценариста и гейм-дизайнера предстал Бронислав Лашкевич. Он же разговаривал с журналистами, общался с геймерами и водил импровизированные экскурсии любителей графики.



При организации выставки неоценимую помощь команде оказали Жанна Будейко, график, дизайнер и опытный музейный оформитель; Алесь Суходолов, умеющий не только забивать гвозди и фотографировать, но и подающий в ответственный момент идеи и... технику; Денис Ксеневич и Сергей Заблоцкий, водители-асы; Екатерина Зверева и Елена Суходолова, администраторы галереи, управившиеся со стремянкой и километром капроновых нитей и узлов. С ними «Сердцебиение…» участилось, кровь побежала быстрее, обмен веществ улучшился. На «…последний остров» наступила весна.

...И даже макеты к спектаклям

О том, что в Минске есть специальный театр для детей и юношества – Театр юного зрителя – знает, пожалуй, вся Беларусь: ещё бы об этом не знать, если пятьдесят с лишним лет то артисты едут к детям – по городам и весям, то дети – к артистам в театр. Целыми автобусами. И поездка, как правило, удаётся, если спектакль предваряет экскурсия театральному закулисью, а завершает творческая встреча с его обитателями.

Но историки театра знают, что самый первый белорусский театр юного зрителя открылся в 1931 году, ставил героические драмы и сказки (хотя бы “Сказку о царе Салтане”, которая пришлась как раз на 1937 год), но его спектакли отменила Великая Отечественная война.

Подробно и интересно об этом расскажут в “Гасцёўні Уладзіслава Галубка”: до 31 марта в Троицком предместье по улице Старовиленской, 14 работает выставка, посвящённая Белорусскому республиканскому театру юного зрителя. Зал небольшой – и выставка небольшая. C рассказом о тех спектаклях, которые составляют славное театральное прошлое (потому что театральное настоящее ничего выставить не даст, всё в деле, всё на сцене): реквизит и костюмы из сказочных спектаклей, театральную мебель и оружие, многочисленные афиши, программки и даже макеты к спектаклям. Макеты? Да. В театре макетом называют специально сделанную (прямо-таки игрушечную) сцену с маленькими (уменьшенными в масштабе) декорациями и картонными фигурками актёров. Такой макет художник спектакля готовит для режиссёра, актёров и многочисленных помощников – тех, кто делает декорации и костюмы.

Только с детства

С 23 по 28 февраля – всего пять дней – Дворец искусства (улица Козлова, 3) принимал выставку детских творческих работ. В работах, по большей части, не было ничего необычного, кроме явных талантов самих творцов. Живопись, графика, гобелены, керамика и роспись по стеклу радовали товарным видом и конкурентоспособностью: наши сувенирные предприятия такого не производят, хотя производят много. Вы тоже думаете, что нам… столько не надо? В смысле – вышитых панно и горшков?



Я думаю, что художественная состоятельность минских школьников (Фрунзенский район Минска, школы №№ 7, 12, 116, 150, 157, 159, 179, 185, 199, 201) этой выставкой вполне доказана. Не надо мечтать о том, что завтра все они осчастливят наши сувенирные, ткацкие, полиграфические и даже машиностроительные предприятия. Ни в живописцы, ни в керамисты, ни в гобеленщики стройными рядами не поступают. Зато «усё, што ўмееш, за плячыма не насіць», а учиться видеть и чувствовать можно только с детства. Зачем?



А затем, что качество нашей жизни всё ещё зависит от старинных умений сварить суп или зашить брюки, развить вкус и разбудить фантазию. Ну и от благоприобретённых чувств и убеждений, которые целый мир сегодня подкрепляет творческой занятостью… рук. В смысле – «handmade», в том числе и из дорогого магазина.



Счастье, что умению грамотно прикладывать руки (читайте – творить) дети могут научиться в школе.





На снимках – работы Владимира Казака («Грюнвальдская битва»), Дарьи Ракицкой (« Старый Минск»), Екатерины Швец («Свадебный салон Алеся»), Ольги Стук (диптих «Сотворение мира»).
Преподаватель – Оксана Борисовна Аракчеева.

Пролетая...

«Свободный полёт» Натальи Залозной со 2 по 14 марта 2010 года приостановил Музей современного изобразительного искусства (Минск, проспект Независимости, 47): работы из разных серий и написанные по разным поводам, объединило название («Свободный полёт») и простое желание подняться над суетой. Или непростое намерение взглянуть на конечность жизни с точки зрения бесконечности пространства и времени.

Работы Натальи Залозной по-своему тестируют компютеризированное сознание и деликатно отсылают зрителя в музей и в библиотеку. Описания её работ могут выглядеть так:

…Бесконечный акведук на бежевом фоне: песка? пустыни? парка? Объект любопытства очередной экскурсии? Привет из античности, под которым копает бульдозер? Копает, потому что пришло время чинить? Или строителям места мало?

…Множество огней разбегается под ногами: город у подножия вершины? остров? мир? Возможно там, внизу, городские дороги и зажженные фары. Или фонари. Может, факельное шествие? Хорошо, если карнавальное. Что там, внизу? Античная столица, католический праздник или опять костры раскладывают?

Догадки не смущают, а картины завораживают, хотя кажутся беспредметными и ассоциативными. «Свободный полёт» художника, как ни странно, поддержан хорошей литературой. Тексты не прилагаются к картинам, но, похоже, имеются в виду. На лету могут цитироваться европейцы, китайцы, японцы… но... даже короткое знакомство предполагает основательность. А этот груз у каждого зрителя – свой.

Надёжное сердцебиение

18 марта 2010 года в 18.00 художественная галерея "Вильнюс" библиотеки №18 (Минск, ул. Калиновского, 55) принимает выставку живописи и графики "Остров надежды". На выставке будут представлены работы художников, участвующих в создании визуальной новеллы "Сердцебиение: последний остров": Сергея Баленка, Валерия Козлова и Виктора Танюкевича. В день открытия состоится скромный показ демо-версии самого "Сердцебиения…" – произведения, чей художественный конструктор, по крайней мере, его часть, и составляет предмет выставки.

Опуская традиционные рассуждения, достаточно сказать, что выставка "Остров надежды" - не цель, а лишь небольшой промежуточный этап, призванный констатировать: эти люди ищут способы сочетания традиционной художественной графики, живописи, с достоянием молодых - компьютерным артом и компьютерной графикой. Наш опыт не уникален, другие художники уже шли этим путём. Представленное - не поиск новых возможностей таких сочетаний, не эксперимент, но его результат.

Сергей Баленок http://www.balenok.nm.ru/ - художник, чья живопись и графика вот уже 30 лет вырывает из уст европейцев эпитеты "ироничная", "строгая", "нежная", "жестокая".




Виктор Танюкевич - художник, по собственному выражению стремящийся вслед за Джерри Уэлсманом "отстаивать собственную романтическую индивидуальность от посягательств реальности", как в живописи, так и в фотографии и режиссуре.



Валерий Козлов - художник-аниматор, представитель советской школы анимации, без которого изрядная доля популярных белорусских (и не только белорусских) мультфильмов не увидели бы экрана.


Автор (идея, гейм-дизайн) игры «Сердцебиение: последний остров» - Бронислав Лашкевич, контактный телефон +З75 17 2900176, всё об игре по адресу: http://island-game.blogspot.com/

Выставка продлится до 4 апреля.